15:16 

МОЕ СКРОМНОЕ ЛИТЕРАТУРНОЕ ТВОРЕНИЕ

Avel Coretai
Ego sum Lex
Решил написать небольшую прозаическую работу. Это пробная и заказная работа. Задача состояла написать "улыбчивый" материал, на печальную тему. Последующие работы надеюсь писать более серьезно и атмосферно. Сейчас же легко написанное произведение в легком стиле повествования. Буду ОЧЕНЬ благодарен за комментарии.






А ВМЕСТО СЕРДЦА ПЛАМЕННЫЙ МОТОР


Пока станция «текстильщиков», погрузилась в сон, оказалось, что бодрствуют в этот час не только стражи на восточных воротах, единственных, через которые можно было выйти на поверхность. В эту ночь не сомкнул глаз еще и незаурядный обитатель станции – Коля Герасимов. Завтра ему 16, а значило это многое. Ну, всякие мелочи типа трудовой повинности и возможности жениться, живого, весёлого и без меры рыжего подростка Геру, волновали мало. Самое главное это то, что с завтрашнего дня он сможет покинуть станцию и сам изучать туннели вплоть до красной линии, которая защищает от злых духов, поселившихся на станции Выхино. В Колиных грезах эта линия была неким непроходимым барьером, начерченным чуть ли не кровью. Говорят, что братья Христа запечатали эту станцию и священными словами запретили всем входить туда. Молитва на стене, возле красной лини была написана той же «кровавой» краской и гласила: «Если вы откроете эту дверь, то окно ваше зависнет, и вы будете свернуты»,- и потом ниже дописано уже черным цветом: «насмерть»!
Он сможет, хотя и в сопровождении старших добытчиков, дойти до станции Кузьминки, а позже и до Рязанского проспекта. С самого детства он мечтал стать добытчиком. Исследовать ходы в метро, ставшим остаткам человечества домом, покорить населенную духами станцию Выхино, а может и убить великого духа Убунту, которого, по словам Миши Загорского, нужно «ставить только прямыми ручками». Мишка записался в отряд добытчиков, которые выходят на поверхность. Его отец был до Катастрофы «программистом», и, наверное, эта профессия была что-то наподобие помощника машиниста, ибо Мишин отец был очень уважаемым человеком.

-Эх, - досадливо протянул Гера, - мам… почему мне нельзя на поверхность?

Строгая женщина, в очках без стекол, отложила поваренную книгу и голосом, едва скрывавшим раздражение, ответила:

-Потому что твой папа, бандит и дебил, украл единственный на станции стреляющий автомат, надел брезентовый дождевик, марлевую повязку и ушел на поверхность.
И действительно, на станции с оружием были, мягко говоря, трудности. В арсенале станции значились два пистолета ТТ: один со сплющенным дулом, а второй без единого патрона. И еще карабин «Тигр - 9» с одним патроном. Из этого карабина еще ни одного выстрела сделано не было и были все основания полагать, что в самый ответственный момент оно не выстрелит.

-А как ты думаешь, папа добрался до остальных людей?

-Ты же знаешь, что никого кроме нас нет, ни в Москве, ни во всем остальном мире. И отче Кирилл об этом тебе говорил и не раз. Вот услышат тебя братья Христа, и получишь ты розг, а я еще дома добавлю.
Гера не любил ни братьев Христа, ни их главного поводыря отца Кирилла. Тот не единожды пытался Геру побить, часто ходил пьяный и злой. Однажды Кирилл, выпив как следует самогона, и воспользовавшись тем, что население станции в это время уже отправилось спать, заставлял Геру считать колонны на станции. И возле каждой произносить молитву. Колон на станции было 39. Точнее их было 40, но одна была названа позорной, и к ней воспрещалось подходить. На ней был нарисован человек в противогазе, а надпись на древнем языке гласила «Diabolo 3 так и не вышел». Отец Кирилл гонял Геру, пока тот уже готов был разреветься. Как раз в тот момент вышел староста станции Виктор Степанович и попросил Кирилла оставить ребенка в покое. Тот хотел было возразить, но как только захотел что-то сказать наступил на край рясы, охнул и растянулся полу. Там отец Кирилл и остался спать, приземлившись на некогда розовый гранит, украшавший до Катастрофы пол станции.

На этих не приличествовавших завтрашнему дню мыслях Гера и провалился в объятия сна.

-Подъееем! Сыноок! – мамин голос разбудил Колю в мгновение. Казалось, ни ночи, ни сна не было и в помине.
Обычно никак не желающий вставать, Коля вскочил и начал бегать по палатке. Он схватил в руки одни штаны, потом штаны камуфляжные и с оторопью начал смотреть на них.

-Ты собираешься надеть обе пары? – спокойным голосом поинтересовалась мать.
Но даже когда вопрос штанов был решен, остальная часть сборов проходила в том же темпе и так же увлекательно: с ботинками на босую ногу и с рубашкой надетой шиворот на выворот. Но, не смотря на все трудности, уже через 30 минут, будущий мужчина, стоял на построении.
Он и еще четыре его одногодки, они тоже родились весной, стояли против дубового стола, который специально для этого дня вытащили на середину станции. Этот стол с поверхности тоже достали добытчики, и он стал одним из самых солидных украшений кабинета старосты. Жаль, что во всей Москве людей живых не осталось. Коле очень хотелось гордиться перед всеми десятью тысячами жителей Москвы, ну или сколько их там было до Катастрофы тем, что вот он сейчас стоит на мраморном сером полу, в армейских ботинках, камуфляже и сейчас получит звание ученика добытчика, станет мужчиной!
Это событие, вступление в ряды взрослых, было сугубо интимным, и поэтому на нем присутствовали только несколько человек: симпатичная медсестра Оля, отец Кирилл, энергетик станции Василий Загорский, староста Виктор Степанович Тишкин и тренер по фехтованию Леонид Ааронович Рац.
Староста махнул рукой, сказал магическое «поехали» и все началось!
По сути, в «жюри» каждый занимался своим: Оля косилась на Леонида Аароновича, тот смотрел в пол и шевелил губами, отец Кирилл боролся со сном, Василий Загорский тайком читал книгу, со странным названием из одних букв «С.Т.А.Л.К.Е.Р.». Как то Гера присутствовал при драке взрослых, из - за научного спора кто написал эту книгу… один вроде отстаивал автора Стругацкого, а второй называл с десяток фамилий,… наверное, путал чего-то.

Во время всего «причастия» один только староста был сосредоточен на ребятах. Он был сам из добытчиков, бывший машинист, и очень хороший дядька. Он всегда рассказывал ребятам много полезного и интересного. Например, то, что в квартале от нашей станции, есть зона Варкрафта, где водятся мутанты по прозвищу Орки, ребята узнали от Виктора Степановича…. Орки были большого роста и с большущими клыками, но вырубить их можно очень просто. И даже любой пацаненок, который хоть раз в жизни держал меч в руке, может их победить. Мечем на станции «Текстильщики» называли расплющенную и заточенную штуковину, сделанную из двух или трех арматурин. Вот и сейчас староста вспомнил о приемах фехтования, которым успешно обучились мальчики. Как только речь пошла о мечах, Ааронович приподнял голову, посмотрел на ребят и растерянно улыбнулся.

Все это время, временами окунаясь в раздумья и иногда выныривая из них, Гера от волнения не совсем понимал, что происходит. А было много всего торжественного, приятного и интересного. И все за какой-то час, отведенный на посвящение во взрослую жизнь.
Под конец разговора староста поднялся из-за стола и подошел к ребятам. Он был человеком полным и сильно хромал на одну ногу. Его было все время жалко, его детское лицо помнилось только грустным… с того момента когда погибла «Галочка…». Галочкой он называл свою жену, которая погибла в одном из туннелей три года назад. Там на нее напала Большая Кошка, или как ее еще называли Спектральная Пантера. Кошка была вся черная, и у нее было шесть лап, но основная ее особенность была в том, что бить ее надо было чуть левей, чем казалось. Одним словом она была не там, где ее видел человеческий глаз, а он видел фантом, а буквально в полутора метрах левее. Как объяснял Леонид Ааронович, надо было представить, что пантера состоит из кубиков: лапы, туловище и голова. Нужно было мысленно сдвинуть квадратики в сторону, где была пантера по настоящему, и бить что есть мочи в квадратик головы. Тогда урон можно было нанести в три раза больше чем обычно!

Так вот, староста встал, подошел к ребятам и пробасил:

-Ну, вот вы и взрослые, готовы получить первое задание?

-Готовы!!! – не своим голосом почти взвизгнул Гера! – на него очень строго посмотрел отец Кирилл, а Оля, оторвавшись от рассматривания Аароновича, уставилась на Геру так,… что Гера вдруг почувствовал, что он не просто красный, а просто бурый какой-то от стыда...

-Тэкс,– успокоил всех вокруг,– задача будет такой – найти и изловить до утра, он глянул на светящийся красным циферблат станционных часов, - 5 крыс. Помолчал и добавил - «больших»… Пока староста рассказывал подробности предстоящего испытания, Коля задумался. «А каких еще? Конечно больших…» - думал Коля Герасимов – «Как то мне рассказывали, что на других станциях метро, не смотря на все заверения старших все - таки живут люди и у них есть маленькие крысы, и они их используют как собак». «Вот глупые» - улыбнулся про себя Коля – «если у них крысы вместо собак, то тогда на других станциях живут люди дикие и слабые. Мы бы их захватили» - подумал он – «или лучше подружились бы с ними, научили их делать мечи и ножи. Ведь мы очень сильная и вооруженная станция. Жаль, что на самом деле они единственная выжившая станция». К тому времени староста закончил и внимательно смотрел на ребят. Вынырнув из очередного мечтательного состояния, Гера, вместо планируемого - «Готов выполнять задание!», заявил:

- А почему только крысы? Что мы дети, чтобы за крысами гоняться?

-Тэээкс – уже грозно протянул староста…

-Во всех Fallout-ах с крыс начинали – в пустоту заявил тренер по фехтованию.

-Я сказал крыс, значит крыс! – сердито загрохотал Загорский – а кому не нравится, будет ловить у запаянных гермоворот!
Дело в том, что у станции на поверхность было два выхода: Западный и Восточный. Староста говорил про Западный. Этот выход теоретически выводил на поверхность, в скрытый за гермоворотами, и полностью обрушившийся вестибюль метро. Ворота были тщательно запаяны, но защищали они не от монстров с поверхности, и не от радиации (по счастливому стечению обстоятельств фон здесь был маленький). Защищал он станцию от горы камней, цементных блоков и прочих строительных материалов. Они на более чем пять метров завалили проход на станцию. Наверное, обрушилось что-то. Прямо говоря, в воротах этих была еще и дверь, но ее привалило особенно серьезно и ее даже не стали заваривать, в нее ни влезть, не вылезть невозможно. Возле ворот было чисто, спокойно, и что самое плохое – ни одной крысы.
Через пол часа, злой на себя и пристыженный Гера с мечем в руке, стоял возле западных ворот в мир. Промаявшись еще часа два, и прошагавший не меньше тысячи шагов, Гера в отчаянии думал, что же ему делать. Ведь стоя тут он может поймать в лучшем случае три крысы. И вот только Гера решился отправиться на поиски крыс куда - то в другое место, как вдруг резкий звук ввел мальчика в оцепенение. Ужас как будто тянул его к полу, колени согнулись, сердце на секунду остановилось, меч плясал в руке и только чудом не выпадал на землю. Вместо крика о помощи Гера только хрипел что - то не связанное. Язык словно одеревенел. Вновь запустившееся сердце как будто переселилось в виски. Бах!-Бах!-Бах! прозвенела дверь в воротах. Сердце опять остановилось. Гера с ужасом смотрел на дверь. Он не мог ни кричать, ни бежать. Сейчас была ночь, стражи дежурили у восточных ворот, до них было не меньше 300 метров. Ближайший же человек был в метрах в ста и это был глухой ветеринар, 70 летний дед Гриша. Да и то он сидел в подсобке, переделанной под лазарет и, конечно же, закрыл двери.
Гера вдруг представил, что сейчас на базу ворвется страшный мутант и убьёт всех. Так как его фантазия рисовала уж совсем страшную тварь, юный добытчик понял, что убежать не удастся. А раз так подсказывало ему горячее сердце, то он умрет как герой. Эта мысль успокоила бойца, он встал в боевую позицию, выставил меч под 45 градусов по отношению к полу, и, произнеся молитву Христу Кришне, приготовился к отражению атаки.

Снаружи раздались очень громкие хлопки, существо чем то било в дверь, и дверь в районе засова начала гнуться. Еще через две - три секунды и еще несколько хлопков дверь прогнулась настолько, что тяжелый металлический засов сам слетел с двери и громко ударился об пол, окатив Геру мелкими осколками гранита. Гера зажмурился, а когда открыл глаза, увидел, что на станцию ввалилось ужасающее создание. Нечто большое, более двух метров ростом, с блестящей серой кожей, которая была покрыта бурыми пятнами, похожими на кровь. Оно дышало через страшные отростки, на окончании которых было нечто вроде молотков. Огромные, желтые, полупрозрачные глаза уставилось на Колю. Чудовище очень тяжело и прерывисто дышало. Возможно, оно было даже ранено и Гере удастся его задержать. Ведь шум от хлопков был действительно громким, к нему уже бежали на помощь. Нужно было надеяться, что у спешащих сюда стражей был Карабин. Из него ведь можно насквозь прострелить метровую бетонную стену! Значит и мутанта убить любого можно!
Существо сделало один шаг в направлении Геры, на своих толстых ногах.Гера сделал шаг на встречу, взмахнул мечом, и вдруг – Буууэээ - его вытошнило прямо на пол. «Не хочу так глупо умирать» - пронеслось в голове, и Гера кинулся в атаку. Существо дико загудело и замахало лапами еще яростнее. Мальчик, тут же заметив движение существа, закрутил полувольту, сделал ложный выпад, сразу представил квадратики, как учил тренер и ударил в квадрат, где у человека было бы туловище. До головы достать было сложно. Кожа существа захрустела как разрываемая ткань. «Я пробил его!» - молнией блеснула мысль, и он еще раз попытался ударить существо в живот.

-Твою мать! – прогудело чудовище, и с трудом развернувшись, попыталось заблокировать удар чем - то черным, напоминающим станционный карабин. В этот раз меч Геры не пробил кожу, а только сильно ударил его.

Время на секунду замерло. «Стоп!» - в голове у мальчика назревал реальный конфликт между полушариями. «Стоп!» - повторило левое полушарие - «оно не нападает, оно разговаривает, у него в руках карабин». «Нет!» - возразило правое – «Это страшное, эпическое чудовище, оно гигантское с толстенными ногами…». «Ботинки» - прервало панику коллеги полушарие левое - «Бо-тин-ки!» И действительно на «чудовище» были самые настоящие ботинки, аккуратно завязанные, между прочим.

-Остановись, твою мать, героический ты наш! – пробубнило существо и превратилось в человека. Человек, сорвав с себя маску противогаза, сделал несколько шагов назад и уже тихо сказал – здорово же ты палкой машешь. А потом крикнул в сторону двери:

-Мужики, заходите! – в помещение станции ввалились несколько человек – все они были одеты в большие и неуклюжие костюмы защиты. Очень похожие на те, что носили добытчики со станции. Один из них на руках тащил другого, всего в крови, тот тяжело дышал, и, судя по всему, был сильно ранен.

-Ну вот, произнес тот, - что зашел на станцию первым, - а ты Масло говорил, что Москва вымерла, и нет никого в живых. Вот оно метро Московское… и дикое, и средневековое…




(продолжение возможно будет)







@темы: Творчество

URL
Комментарии
2012-02-09 в 00:16 

Я бы прочитал такую книгу)

URL
2012-02-09 в 00:21 

Avel Coretai
Ego sum Lex
Спасибо

URL
   

Ego sum Lex

главная